?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Оригинал взят у mgsupgs в Инженер строитель Ипатьев.


Екатеринбург, Вознесенский проспект, 49/9. Дом Ипатьева. Кто ныне не знает об этом доме? Здесь, в подвале, в июле 1918 года совершилось бессудное убийство последнего русского царя и его семьи. Но многим ли известна судьба хозяина этого дома — инженера-строителя Николая Николаевича и судьба его брата — ученого-химика Владимира Николаевича Ипатьевых?

Оригинал взят у otevalm в Дом инженера Ипатьева. Жизнь и судьба.


А между тем это были талантливые люди, образованные и деятельные, немало послужившие Отечеству. Об одном из них в Америке говорили: крупнейшим химик XX века. И не случайно. На топливе, полученном по технологии разработанной В. H. Ипатьевым, всю вторую мировую войну летали американские и английские самолеты.

Да, жизнь братьев Ипатьевых — наглядный горький пример того, сколь трагично катаклизмы истории России сказываются на судьбах лучших ее сыновей, вынуждая их употреблять свои недюжинные способности далеко за пределами Отечества. Оба брата покинули родину в пору расцвета своего таланта.

Коренные москвичи, выходцы из старинного дворянского рода, чьи корни уходят в глубину российской истории, во времена Ивана Грозного, братья Ипатьевы родились в одном из кварталов старой Пресни.

Отец — Николай Алексеевич Ипатьев, известный в Москве архитектор, занимал видный и влиятельный пост — был одним из трех официальных архитекторов первого Русского Страхового Общества — самого уважаемого в стране. Его жена Анна Дмитриевна Ипатьева (в девичестве Глики) происходила из семьи, давшей России немало замечательных интеллектуалов. Один ее двоюродный брат был медиком, профессором Московского университета, другой — блестящим математиком. Дядя, Георгий Лазаревич Глики, оставил о себе память как о смелом реформаторе методики преподавания русского языка. Талантливым педагогом был и брат Анны Дмитриевны — Дмитрий.

Сама Анна Дмитриевна воспитание получила в пансионе мадам Коль, лучшем по тому времени в Москве, а после его окончания еще и сдала экзамены при Московском университете на право быть учительницей. Она ею не стала, но знания ее невостребованными не остались: она истово, с большой ответственностью занималась воспитанием и образованием своих детей. А было их у Анны Дмитриевны и Николая Алексеевича трое. Сыновья Владимир и Николай (первый родился в 1867 году, второй — в 1869 году) и дочь Вера. Сыновья, почти погодки (разница в возрасте меньше двух лет), сызмала были очень дружны.

Родители воспитывали своих детей весьма строго. Но строгость семейного воспитания вполне искупалась искренностью отношений и между детьми, и между родителями, непоказной доброжелательностью матери, примером отца — великого труженика, атмосферой любви и доброты, прочно державшейся в этой открытой и милой семье.

На гостеприимный огонек Ипатьевского очага, умело поддерживаемый обаятельной и хлебосольной хозяйкой дома, частенько собирались родственники, друзья. В большинстве они принадлежали к цвету тогдашней интеллигенции — талантливые, образованные либералы, получившие, наконец, в освобожденной от крепостничества России возможность строить жизнь соответственно своим идеалам. Безмятежное детство оборвалось в 1877 году. Летом тяжело заболела Анна Дмитриевна. Открылся туберкулез горла и легких. Не помогли и два года лечения в Крыму. Зимою 1880 года Анна Дмитриевна Ипатьева скончалась, прожив всего тридцать три года. Вскоре после отъезда матери в Крым мальчиков (чтобы не избаловались) отдали учиться в военную гимназию, которая позднее стала называться кадетским корпусом. Это и определило их дальнейший жизненный путь — военную карьеру.

После кадетского корпуса братья решили идти в офицерские училища. Старший; Владимир, выбрал поприще артиллериста, поступив в известное Михайловское училище. Со временем он стал проявлять серьезный интерес к химии. И добился в этой науке таких успехов, что был приглашен преподавать химию в артиллерийском

училище и академии. Прошло время, и старший Ипатьев стал признанным специалистом в производстве взрывчатых веществ, открыл реакцию, которая и поныне носит его имя. Изобрел так называемую “бомбу Ипатьева” — лабораторный прибор, резко повысивший уровень химических исследований.


Владимир Николаевич Ипатьев

Во время 1 Мировой войны, в немыслимо короткие сроки, он сумел наладить отечественное производство взрывчатых веществ. И царь, и правительственные круги отметили заслуги ученого. Он был назначен руководителем Химического комитета (фактически стал во главе химической промышленности России), получил звание генерал-лейтенанта, был избран в члены Российской Императорской Академии Наук.

Николай Николаевич Ипатьев стал екатеринбуржцем в начале двадцатого века. Века отнюдь не романтического, как его предшественник, а века жестких деловых людей. Хороший инженер и способный организатор, Ипатьев быстро создает группу

специалистов, с которыми решается начать собственное дело — небольшую фирму по строительству железнодорожных путей. Вскоре он получает подряд на прокладку путей дороги Пермь — Екатеринбург на ее южном участке, прилегающем к Екатеринбургу.


Сработана эта дорога на славу. По отсыпанному тогда полотну и по сию пору ходят составы. Так что вполне заслуженно в 1910 году — по завершении строительства дороги — среди награжденных золотыми памятными жетонами за качественную и быструю работу был и подрядчик Николай Николаевич Ипатьев.

Профессиональные качества инженера Ипатьева высоко ценились в Екатеринбурге. Его консультациями почитал за честь пользоваться, к примеру, известный архитектор К. Т. Бабыкин, чьи здания и сегодня украшают улицы и площади Екатеринбурга. Как только было принято решение об открытии первого в городе высшего учебного заведения — Горного института, в состав строительного комитета, созданного Думой для надзора за проектированием и возведением его корпусов, приглашается и Ипатьев.


Вознесенская горка (названа так по имени церкви Вознесения Господня, возведенной на ее вершине в 1789—92 годах) практически со дня основания города стала обживаться наиболее именитыми людьми. Традицию эту заложил один из первостроителей Екатеринбурга, славный представитель плеяды “птенцов гнезда Петрова”, выдающийся государственный деятель и ученый, автор многих трудов по истории, географии и этнографии России Василий Никитич Татищев. Он первым облюбовал холм в междуречье Исети и Мельковки для своего, тогда еще загородного дома.

Дом Ипатьева создавался со всеми мыслимыми в то время удобствами: в него были проведены электричество, телефон, водопровод. Устроена ванна с колонкой для

подогрева воды. Подрядческая деятельность — это частые разъезды, поэтому прачечную и баню переоборудовали под конюшню... Как и все в России либерально настроенные интеллигенты, Николай Ипатьев, как и его старший брат, воспринял отречение государя с облегчением — это был знак надежды. И сразу стал сотрудничать с новой властью.

Октябрьский переворот он  встретил довольно спокойно, в надежде продолжить свою работу путейца. Однако лояльность Ипатьевых, как, впрочем, и любого другого “буржуя”, ничего тогда не значила. Первым это довелось испытать на себе младшему брату. Когда решение о переводе семьи отрекшегося императора из Тобольска в Екатеринбург было принято (см. статью “Между Тобольском и Екатеринбургом”, “Наука и жизнь” №10, 1993 г.), .для его проживания выбрали особняк инженера Ипатьева. Выбор определило то, как утверждает в своих воспоминаниях А. Авдеев, первый комендант “дома особого назначения” (так называли дом Ипатьева в служебной переписке большевики), что он был расположен “...почти в самом центре города, в таком месте, что оборона его от внешнего наступления была благоприятна во всех отношениях...”

Владелец дома получил предписание в 24 часа убраться, из него. Дом быстро обнесли высоченным забором, и 30 апреля 1918 года (17 апреля по старому стилю) сюда привезли царскую семью. Где и как жил все это время Ипатьев с женой, неизвестно...После расстрела семьи Николая II в “доме особого назначения” усердно заметали следы содеянного четыре дня: замывали кровь, подметали полы, упаковывали и увозили вещи убиенных. Наконец, 22 июля 1918 года, в газете “Уральский рабочий” появилась заметка — мол, по многочисленным просьбам трудящихся расстрелян царь-кровопийца. В этот же день Николая Николаевича вызвали в ЧК и вернули ключи от собственного дома .

Воспользовался ли этими ключами Ипатьев? Достоверно это неизвестно. Известно только, что, когда в город вошли чехи, а затем колчаковцы, “дом особого назначения” был взят ими под охрану “в интересах следствия”. Все в доме выглядело так, будто здесь после свершенного злодеяния никто не жил.

Есть свидетельства, что уже в начале двадцатых годов Н. Н. Ипатьев обосновался в 'колонии русских эмигрантов в Праге. В 1923 году его там навестил племянник — Николай Владимирович Ипатьев, сын Владимира Николаевича. (У этого представителя Ипатьевского рода тоже примечательная судьба: он получил медицинское образование

в Бельгии, стал выдающимся микробиологом. Ему удалось получить вакцину против желтой лихорадки. При ее испытании в Габоне в тридцатые годы Николай Владимирович трагически погиб.) А Николай Николаевич Ипатьев так в Праге и остался. Он запомнился пражанам как строитель и активный общественный деятель.

Охотно консультировал своих коллег, участвовал в проектировании многих крупных строек. Но основные усилия вложил в преподавательскую деятельность. Его ученики впоследствии сооружали железные дороги по всему миру. Умер Н, Н. Ипатьев в 1938 году, и урна с его прахом захоронена на русском кладбище Праги. Рядом похоронена его жена, скончавшаяся пятнадцать лет спустя.


А судьба дома Ипатьевых решилась на .Заседании Политбюро ЦК КПСС 30 июля 1975 года. Тогдашний председатель КГБ Ю. В. Андропов встревожился, что “дом особого назначения” может стать объектом серьезного внимания со стороны иностранцев, все чаще наезжавших с деловыми визитами в Свердловск. И Андропов предложил его

снести. Такая радикальная идея была поддержана всеми присутствовавшими на заседании. “За” проголосовали и Косыгин с Кириленко, и Кунаев со Щербицким... Ныне все эти документы — и записка председателя КГБ, и результаты голосования, и решение Политбюро — рассекречены и опубликованы в ряде периодических изданий. 22 сентября 1977 года дом Ипатьева был снесен.

Сегодня здесь возведен Храм На Крови.




Comments

( 2 comments — Leave a comment )
glasha_zast
Mar. 12th, 2013 06:30 pm (UTC)
Моего деда после войны вместе с другими военнослужащими, уж не знаю по какому поводу, возили в дом Ипатьевых на экскурсию. Показывали следы пуль и пр. - одним словом, экскурсия была подробная
ser_stepanov
Mar. 13th, 2013 03:14 pm (UTC)
А вот что писал Ельцин про разрушения дома Ипатьевых.
"Нынче, в эпоху гласности, идёт много разговоров о доме Ипатьевых, в подвалах которого были расстреляны бывший царь и его семья. Возвращение к истокам нашей искорёженной, изодранной ложью и конъюнктурой истории-процесс естественный. Страна хочет знать правду о своём прошлом, в том числе и страшную правду. Трагедия семьи Романовых — это как раз та часть нашей истории, о которой было принято не распространяться.

Именно в те годы, когда я находился на посту первого секретаря обкома, дом Ипатьевых был разрушен. Расскажу, как это произошло.

К дому, где расстреляли царя, люди ходили всегда, хоть и ничем особенным он от соседних старых зданий не отличался, заселяли его какие-то мелкие конторки, но страшная трагедия, случившаяся здесь в 18-м году, заставляла людей подходить к этому месту, заглядывать в окна, просто молча стоять и смотреть на старый дом.

Как известно, расстреляли семью Романовых по решению Уральского Совета. Я сходил в областной архив, прочитал документы того времени. Ещё совсем недавно факты об этом преступлении практически никому не были известны, существовала фальсифицированная версия в духе «Краткого курса», поэтому легко представить, с какой жадностью я вчитывался в страницы, датированные 18-м годом. Только в последнее время о последних днях семьи Романовых были опубликованы несколько подробных документальных очерков в нашей прессе, а тогда я оказался один из немногих, кто прикоснулся к тайне жестокого расстрела царя и его семьи. Читать эти страницы было тяжело Близилась одна из дат, связанная с жизнью последнего русского царя. Как всегда на Западе, в газетах и журналах появились новые исследования, что-то из этих материалов передавали западные радиостанции на русском языке. Это подхлестнуло интерес к дому Ипатьевых, люди приезжали посмотреть на него даже из других городов. Я к этому относился совершенно спокойно, поскольку совершенно понятно было, что интерес этот вызван не монархическими чувствами, не жаждой воскресения нового царя. Здесь были совсем другие мотивы — и любопытство, и сострадание, и дань памяти, обыкновенные человеческие чувства.

Но по каким-то Линиям и каналам информация о большом количестве паломников к дому Ипатьевых дошла до Москвы. Не знаю, какие механизмы заработали, чего наши идеологи испугались, какие совещания и заседания проводились, тем не менее скоро получаю секретный пакет из Москвы. Читаю и глазам своим не верю: закрытое постановление Политбюро о сносе дома Ипатьевых в Свердловске. А поскольку постановление секретное, значит, обком партии должен на себя брать всю ответственность за это бессмысленное решение.

Уже на первом же бюро я столкнулся с резкой реакцией людей на команду из Москвы. Не подчиниться секретному постановлению Политбюро было невозможно. И через несколько дней ночью, к дому Ипатьевых подъехала техника, к утру от здания ничего не осталось. Затем это место заасфальтировали.

Ещё один печальный эпизод эпохи застоя. Я хорошо себе представлял, что рано или поздно всем нам будет стыдно за это варварство. Будет стыдно, но ничего исправить уже не удастся.

Кстати говоря, интересно, когда ЦК примет решение о публикации всех постановлений Политбюро — закрытых и открытых? По-моему, время это уже настало. Многое бы приоткрылось тогда и нашло бы объяснение из необъяснимого до сих пор."
( 2 comments — Leave a comment )

Tags

Comments

Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel