moykariver (moykariver) wrote in arch_heritage,
moykariver
moykariver
arch_heritage

Categories:

Как в Петербурге КГИОП и "рабочая группа" решали судьбу дома Л. Штиглица на Галерной


На снимке второй слева - «Дом Л. И. Штиглица (Запасной дворец вел. кн. Павла Александровича)», расположенный по наб. Адмиралтейского канала д. 29 (Галерная ул., 54).


Недавно мы писали, как руководство КГИОП навязало Совету по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга свой новый продукт - «Положение о рабочей группе Совета» и её персональный состав из 9 человек. Проанализировав этот документ, мы показали, как с его помощью через решения «рабочей группы» КГИОП в интересах строительного лобби будет фильтровать повестку заседаний Совета и навязывать ему проекты выгодных решений. И обещали следить за возникшей ситуацией. Сегодня у нас есть повод продолжить эту тему.

Как мы и ожидали, одним из первых «дел» новоиспечённой «рабочей группы» должна была стать «помощь» господам С. Макарову и И. Албину в легализации рекомендаций скандальных экспертиз из так называемого «списка Трушковского». Напомним, речь идёт о тендере на проведение 55 государственных экспертиз исторических зданий и комплексов построек Северной Коломны и Новой Голландии с целью снятия с государственной охраны наиболее привлекательных из них для инвесторов. Тендер на 24 млн. руб, проводившийся год назад Комитетом по строительству Смольного, к удивлению многих выиграло  ООО «ЛенСтройУправление» господина В. Трушковского, который вскоре собственноручно подготовил и представил в КГИОП первые отрицательные заключения.

Общественность забила тревогу. В КГИОП были представлены замечания, вскрывшие грубейшие нарушения, как при проведении экспертиз, так и самого тендера, с требованием к КГИОП не согласовывать выводы экспертиз. Аналогичную позицию заняла Ассоциация экспертов Санкт-Петербурга и Ленинградской области, аттестованных Минкультуры для проведения ГИКЭ. Активисты обратились в прокуратуру с требованием проверки законности тендера и выводов экспертов, а также в Минкультуры РФ и в администрацию Президента РФ.


А что же прелестный КГИОП? Комитет активно защищал выводы «своего» эксперта, но под давлением возмущённой общественности вынужден был взять паузу. Как теперь видно, это время было использовано чиновниками для подготовки и протаскивания через Совет по сохранению культурного наследия «Положения о рабочей группе». Ей, по замыслу разработчиков, и предстояло отныне стать тем карманным органом, имитирующим общественный контроль, с помощью которого можно штамповать нужные чиновникам решения без оглядки на закон и реальное общественное мнение.

И события не заставили себя ждать. 16 Августа на третье заседание рабочей группы в качестве «пробного шара» были вынесены заключения экспертизы по двум объектам из пресловутого «списка Трушковского»: по «Дому В. Г. Никонова» по наб. Адмиралтейского канала, д. 7, и по «Дому Л. И. Штиглица (Запасной дворец вел. кн. Павла Александровича)» по наб. Адмиралтейского канала д. 29 (Галерная ул., 54). Обе экспертизы выполнил в качестве аттестованного эксперта В.Э. Трушковский, он же сам их утвердил в качестве генерального директора ООО «ЛенСтройУправление». Заметим, что Трушковский – единственный аттестованный эксперт, работающий на постоянной основе в ООО «ЛенСтройУправление». На эти нарушения градозащитники давно уже обратили внимание КГИОП и прокуратуры, но КГИОП упорно не хочет видеть здесь ни конфликта интересов, ни нарушений закона.



"Дом В. Г. Никонова", расположенный по наб. Адмиралтейского канала, д. 7


Случайно ли, но на заседании рабочей группы 16 августа отсутствовали М. Резник, Б. Кириков и В. Лисовский, которые могли проголосовать против выводов экспертизы. Но сложилось как сложилось. По «Дому В. Г. Никонова» (по наб. Адмиралтейского канала, д. 7) присутствовавшие члены рабочей группы после обсуждения согласились с выводами экспертизы: мол, исторический участок фактически не сохранился, здание было надстроено в советские годы, то есть конфигурация кровли была изменена, в результате проведенного во второй половине XX века капитального ремонта интерьеры утрачены. При этом было принято во внимание, что исторический фасад охраняется городским законом №820-7. У этого решения, однако, остаётся стойкий привкус компромисса, напрасной уступки. Поскольку ничто не мешало включить объект в реестр как формирующий исторически сложившийся архитектурный ансамбль набережной Адмиралтейского канала, а предметом охраны сделать не только лицевой фасад, но и что не менее важно, наружные габариты здания. Теперь же инвестору открыли путь к надстройке дворового флигеля и даже лицевого, что неизбежно исказит внешний облик всего ансамбля набережной, как это сегодня мы можем наблюдать во многих местах.


"Дом Л. Щтиглица", лицевой фасад по наб. Адмиралтейского канала, д.29


По второму объекту - «Дому Л. И. Штиглица (Запасной дворец вел. кн. Павла Александровича)» по наб. Адмиралтейского канала д. 29 (Галерная ул., 54) – на заседании развернулась «серьёзная борьба». Было установлено, что эксперт не сумел собрать, обобщить и представить в заключении экспертизы материалы, показывающие связь дома со значительными историческими событиями и жизнью выдающихся деятелей отечественной истории и культуры. И в частности, с историей художественно-керамического производства «Гельдвейн-Ваулин», контора которого располагалась в лицевом корпусе на наб. Адмиралтейского канала, 29, в начале ХХ века.

В эти годы художественно-керамическое производство «Гельдвейн-Ваулин» переживало период наивысшего расцвета, его вклад в декоративно-художественное убранство многих зданий Санкт-Петербурга уникален и не превзойдён до настоящего времени. Среди сотрудничавших с ним и неоднократно посещавших контору художников были такие выдающиеся фигуры русского искусства как М. А. Врубель, М. А. Серов, К. А. Коровин, Е. Е. Лансере, Н. К. Рерих, С. В. Чехонин, К. С. Петров-Водкин, П. В. Кузнецов и многие другие. Среди созданных художественно-керамическим производством «Гельдвейн-Ваулин» в этот период произведений достаточно назвать майоликовый фриз Н. К. Рериха на доме страхового общества «Россия» (ул. Б. Морская, 35, 1905-1907 гг.), майоликовое и фарфоровое убранство Соборной мечети в Петербурге (С. С. Кричинский, Гоген А. И., 1910-1917), майоликовый камин М. А. Врубеля в Доме Бажанова (1908), работы для Морского собора в Кронштадте, Ярославского вокзала и Третьяковской галереи в Москве. Обо всём этом В. Трушковским в экспертизе не было сказано ни слова.

Как, впрочем,  и о том, что «Дом Л. И. Штиглица (Запасной дворец вел. кн. Павла Александровича)» на протяжении почти двухсот лет формирует уличный фронт застройки Адмиралтейской набережной, являясь неотъемлемой частью её архитектурного ансамбля. Здание находится в визуальной связи с комплексом Новой Голландии и в композиционном взаимодействии с местом слияния Адмиралтейского канала и реки Мойки. Вывод из-под охраны государства любой его части как в интересах инвестора, так и в результате ошибок эксперта, грозил бы невосполнимыми утратами всему исторически сложившемуся архитектурному ансамблю. Это абсолютно недопустимо исходя из принципа презумпции сохранности объекта культурного наследия при любой намечаемой хозяйственной деятельности, закреплённого ст.29 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации».

Тем не менее, в результате обсуждения большинством голосов присутствовавших (председатель КГИОП С. Макаров, его первый зам. А. Леонтьев и примкнувший к ним хозяин архитектурного бюро «Литейная часть 91» Р. Даянов) при двух голосах против (Ю. Минутина и М. Штиглиц) и одном воздержавшемся (Н. Явейн) рабочая группа  согласилась с «выводами» экспертизы. По утверждению «тройки», поддержавшей выводы эксперта Трушковского, лицевой корпус здания в стиле классицизм, выходящий на Адмиралтейский канал, был незаконно надстроен без согласования с КГИОП уродливой мансардой, обезобразившей исторический облик дома и поэтому оно не должно охраняться государством.


С.В. Макаров, председатель КГИОП, заместитель председателя Совета по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга, председатель рабочей группы Совета.


Р. М. Даянов, архитектор, владелец и директор ООО «Архитектурное бюро «Литейная часть 91», член Совета по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга, член рабочей группы Совета.


А. Г. Леонтьев, первый заместитель председателя КГИОП, член Совета по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга, член рабочей группы Совета.

Решение весьма странное. Во-первых, незаконно надстроенная мансарда – это не утраченный объект. Ради возвращения зданию исторического облика КГИОП обязан был добиваться демонтажа незаконно возведённой надстройки и это стало бы самым безболезненным и дешёвым способом восстановления исторического облика здания. А во-вторых… И вот тут, читатель, начинается, пожалуй, самое любопытное.

В нашем распоряжении среди прочих оказался документ, датированный августом 2009 года. Это «Акт приёмочной комиссии по приёмке в эксплуатацию законченным капитальным ремонтом объекта по адресу ул. Галерная, д. 54 литера А (Наб. Адмиралтейского кан.,  д. 29) реконструкция чердака (мансарды), расположенного над квартирами 8 и 10». В списке подписавших Акт о приёмке в эксплуатацию «уродливой мансарды, обезобразившей облик здания» под № 9 значится … ведущий специалист КГИОП И.А. Орлова, её подпись скреплена круглой печатью учреждения. Что теперь прикажете думать по поводу заявлений членов рабочей группы С. Макарова, А. Леонтьева и Р. Даянова в отношении лицевого корпус дома, якобы незаконно надстроенного без согласования КГИОПа уродливой мансардой, обезобразившей его облик?






Но и это не всё. В пункте № 3 Акта разработчиком проектно-сметной документации на мансарду  указано … ООО «Архитектурное бюро «Литейная часть 91», владельцем и бессменным директором которого является член рабочей группы господин … Р. Даянов, который неустанно печётся о сохранении облика исторического центра Санкт-Петербурга и потому является членом всяческих советов и рабочих групп и т.д. и т.п. 

Факт подготовки проекта мансарды ООО «Архитектурное бюро «Литейная часть 91» и лично Р. М. Даяновым подтвердил в 2004 году главный архитектор Санкт-Петербурга А. П. Викторов.



Теперь результаты голосования и мотивы голосовавших за снятие «Дома Л. Штиглица» с охраны становятся понятнее: где много рассуждают о приспособлении и использовании культурного наследия, там скорее всего что-то хотят заработать.

В завершении несколько последних мазков к этой исторической картине маслом. В пункте № 2 упомянутого Акта указано, что возведение мансарды было осуществлено на основании «инвестиционного договора» от 18 февраля 2000 года. В это время и вплоть до конца 2003 года председателем КГИОП был «воздержавшийся» при голосовании член рабочей группы Н. Явейн.

Оба объекта - «Дом В. Г. Никонова» и «Дом Л. И. Штиглица (Запасной дворец вел. кн. Павла Александровича)» - состояли в списке выявленных объектов культурного наследия с 1970-х годов, то есть ещё с советских времён. Документальных подтверждений этому существует предостаточно. Так, в «Перечне зданий, состоящих на государственном учёте по списку вновь выявленных объектов, представляющих историческую, художественную, научную или иную культурную ценность и временно не подлежащих приватизации», являющемся приложением к Решению Президиума Санкт-Петербургского городского Совета народных депутатов от 29 декабря 1991 года № 445 «О перечне зданий-памятников истории и культуры», «Дом В. Г. Никонова» и «Дом Л. И. Штиглица (Запасной дворец вел. кн. Павла Александровича)» значатся по списку объектов Октябрьского района под номерами 154 и 157 соответственно. Но руководство и официальные представители КГИОП «на голубом глазу» продолжают твердить, что в Комитете этого списка не сохранилось и вообще его никогда не существовало в природе, поскольку, мол, до 2001 года в Санкт-Петербурге не существовало утверждённого списка выявленных объектов культурного наследия.

Таким образом, и проект «уродливой мансарды» для «Дома Л. Штиглица» и её приёмка по Акту были сделаны КГИОП и архитектурным бюро Р. Даянова невзирая на то, что здание являлось выявленным объектом культурного наследия и находилось под охраной государства.

Очевидно, теперь Совету по сохранению культурного наследия придётся отреагировать на эту ситуацию и рассмотреть вопрос о создании независимой комиссии по доработке «Положения о рабочей группе», а также внести изменения в её персональный состав и в распределение полномочий, имея в виду, что возглавлять рабочую группу не должен чиновник КГИОП, а представительство КГИОП в рабочей группе с правом голоса целесообразно ограничить одним человеком.




См. также: Как КГИОП «удочерил» рабочую группу Совета по культурному наследию
См. также: Минкультуры: после реставраторов на очереди дело экспертов?

Tags: Санкт-Петербург, охрана памятников
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments